Насчет управления «Стрекозой» я особо не парилась — все выведено на автоматику, главное запомнить куда нажимать и какими словами крыть эту говорящую машину, когда вдруг ей вздумается глючить. Она ж, зараза, все понимает, и к рукам моим привыкла. Все, как говорится, пучком, если бы не…
— Якорный Нептун! — громко выругалась я, — да что это блин такое опять?

— Двигатель не отвечает, — сказал компьютер.
— Как это не отвечает? — разъярилась я, — может мне к нему делегацию лома и кирки послать?
Но система корабля не была настроена на юмор и коряво попыталась объяснить мне, что запрос о проверке двигателя перед запуском прошел впустую. Слава Юпитеру, читать с правого мониторчика о найденных нарушениях я уже научилась. И что же там было написано? «Двигатель отсутствует»

Глюки… причем еще до вылета — Прекрасно! Полет обещает быть незабываемым… Помню как в одном из побегов с Земли системка немного покуролесила, объявляя мне, что нет то, бокового сан-отсека, то технического, а то и главного — собственно того, в котором я сидела за пультом. Мы там, оказывается, горели. Тогдашнее сумасшествие я вылечила, помнится, одним ударом по думающему ящику этого вредного компутера. Чем на сей раз воспользоваться?

Сжимая в руках железяку, я стояла в нерешительности. Стучать, собственно, было не по чему… Двигателя действительно не было. Украли? — мелькнула первая мысль. Но с улицы донеслись детские крики и визг — по ходу дела чертята что-то делили. Пальцы непроизвольно разжались, лом выскочил из рук и с грохотом упал на металлический пол. Что-то они там делят? — с тревогой думала я, несясь к выходу.

— Ленка, дура, чем это твои пацаны занимаются? — этот на велосипеде смотрел на меня без особой любви, как будто не мне он заделал троих парней, назвав их по своей прихоти дурацкими именами и снабдив отвратительными характерами.
— Как-будто они не твои…
— Ну ты же их воспитываешь, — попытался оправдаться засранец, — че это? — Двигатель?
— Не твое дело. Дети, а ну по своим отсекам, быстро! Сончас на подходе, а вы еще не пообедали. И умыться живо! В мазуте за стол не пущу.
Тигренок отмахнулся от меня, выпалив свое излюбленное:
— Не лезь, мам, без тебя разберемся, — при этом доковыривая бедный движок. Ох бы я ему щас задала. Но Глеб смотрел на него с восхищением, а на меня с хитрецой, ожидая — как я выкручусь, изображая идеальную мать.
Львенок захныкал — им еще совсем немножко осталось до того, чтобы сделать «Великую марсовидную ходяку». Это такой двухметровый паучок из всякого стыренного хлама и запчастей от нашего бедного корабля. Но двигатель — это уже слишком!
— А ну в дом, а то уши оторву всем и в супе сварю! — свирепствовала я, — и попробуйте только не съесть. Младший тут же поправил, что у роботов нет ушей. Чертенок уже вторую неделю играл в робота, запихивая в карманы батарейки и подзаряжая периодически их через бортовой компьютер.
Самое интересное, что с ними система вот нашла общий язык…

— У тебя что, спонсор появился, двигателями новыми снабжает?
— Слишком быстрые выводы делаешь — поумнел что-ли? — огрызнулась я, когда дети скрылись в проеме «Стрекозы», — просто поиграть дала, мальчики же… надо во что-то играть.
— Ага, так и скажи: ногти красила — не уследила.
Посмотрела на него как на врага с планеты Зверозуб — сразу замолчал.
— Че звала-то? — спросил через время.
— Почта задерживается.
— Вот так всегда, — проворчал Он, двигаясь к трапу, — как летать по разным мирам, так это без оглядки, а как глюки какие-нибудь исправлять, так сразу про меня вспоминает…
— А на что ты еще годишься?
— Ну, есть на что… А хочешь еще одного члена экипажа? — загадочно промурлыкал наладчик, подтягивая к себе, но получив кулак под нос, недовольно пробурчал — Ну ладно, где там твоя почта?