Гляжу в тебя долго, пытаюсь понять:
Где Я?
Где супруга?
Где дочь?
А где мать?

Все роли чужие,
Вся жизнь не моя, —
Я в этой картине ИГРАЮ себя!

Ехидные речи,
Задумчивый взгляд…
Наверное все-таки что-то не так?…

Упрямая прядка спадает на лоб,
Пытаясь урезать оцененный лот.

Нет повода плакать?
Нет смысла бежать?
Но кто же тогда меня сможет понять?

Бессонные ночи скомкав в тишине,
Я лучше растаю в своей глубине.

А те, кто любили, прочтут «депресняк»,
Вздохнут и подумают: Что-то не так..

Окутанная проводами,
В системе поиска по номеру,
Блуждая по сети ночами,
Душа внимает веку новому.

На раскаленное сознание
Ложится рифмой непонятное,
Еще не понятое знание,
Но для души уже приятное:

Как хорошо, что есть Вселенная,
Легко и просто объяснимая,
Где так комфортно и размеренно
Течет река неутомимая!

Здесь есть возможность выслать жалобу,
Спросить, ответы получая,
В любой момент взойти на палубу,
И выйти, если укочало.

И как не просто возвращаться
К тому, что кнопкам не подвластно,
Когда становится понятно,
Что там защиты все напрасны!

Черный Ангел, Демон Ночи,
Раствори печаль небес;
Все, что Ты нам напророчил,
Не свершится без чудес.

Мы не можем, словно птицы,
Пересечь границу дня
И свободно возвратиться
Саламандрой из огня.

Мы стараемся, но так ли
Выполняем подвиг свой? —
Наши силы — только капли
В океане мировом.

Ты прекрасен и всевластен,
Но и Ты сложил крыло.
Очи вдумчиво опасной
Пеленой заволокло…

Что же нам, сырым и липким,
Делать с ношею такой,
Если даже Ты ошибки
Не исправишь за собой?

Она сбежала от людей в неведомые дали,
Чтоб в хаотичной той толпе ее не затоптали,
Чтобы не слышать голосов, не видеть чьих-то взглядов
И не идти плечом к плечу среди чужих парадов.

А ей кричали: Будь как МЫ! Ты — НАША! С нами, вместе!
Шагай, как лидер, впереди! — Здесь все на своем месте.
И было счастье в тех глазах неистово красиво,
Когда сливалися сердца в едином пульсе мира!

Но кто-то больно наступал на старые мозоли,
И за спиной шептались зло совсем не произвольно…
и дико бесполезным вдруг ей показалось время,
Растраченное для того, чтобы не бросить племя.

Она сбежала от людей, надев наряд изгоя,
Таясь ракушкою на дне от шумного прибоя.
Душа как будто в скорлупе — сама себе планета, —
Клубком свернулась в тишине, не слыша даже эха.

Мы все не с теми и не для тех.
За нами выбор. Но слышен смех
Раскатов грома, судьбы лихой.
мы в этой гонке спешим домой
И закрываем дверь на лету,
Чтоб задержать там свою мечту.
Но кто-то в окна заглянет в миг,
Разбив иллюзии хрупкий лик.
Потоком скользким из рая в ад
Душа бросает свой маскарад,
Но вновь стремится в свой теплый дом,
Ведь там, хоть призрачный, но покой…

По сердцу дождь который день
Стучит усталой рябью,
Мою потряхивая тень
Невыносимой зябью.

Но я не сдамся просто так!
Тоска — всего лишь слово!
Убрать в душе бы весь бардак,
Не создавая новый,

Да выкинуть ненужный хлам
Обид и сожалений,
Лелея в сердце вечный храм
Душевных изменений.

Но не забыть и протянуть
Ладони во спасенье
Всем тем, кто тоже заглянуть
Рискнул в свои сомненья.

Чужая боль не режет глаз, —
Она всегда чужая!
Но что-то связывает нас,
Слезами разжижая.

На миг у мрака отниму,
Из странствия на сушу
Таким как есть тебя приму
И успокою душу.

И, может быть, мою печаль
Ты разглядишь в улыбке,
Когда поманит на причал,
Обратно, в мир ошибки…

В том доме, где не гаснет свет,
Ночной звездой горит лампада,
Как чей-то пламенный завет:
Сберечь сознанье от распада.

Туда ведет не мало троп,
Сплетаясь в лабиринте страха,
Всех тех, кто не боится проб,
Ошибок, путаниц и краха.

Ты шел со мной из года в год,
Мой верный спутник, Дух Насмешки,
Но я спустила поводок, —
И ты растаял в этой спешке

Мне не найти тот дом в ночи,
Хоть мой маяк горит как прежде, —
Я поняла, что можно чтить,
Не веря в веру, хоть надежду!

Пусть смех ушел, оставив грусть,
И я одна в лесу дремучем,
Я все надеюсь, что вернусь
На ту тропу, где было лучше!

У сердца буд-то нет забот:
Тревожит ускоренным стуком;
Опять спешу в водоворот
В войне с собой и этой скукой.

Как раскаленный уголек,
Оно во мне пылает болью,
Давая тот же все намек,
Что карму не исправишь ролью.

Острее взгляд и словеса, —
Я когти наточила ночью,
Пантерой выходя в леса,
Чтоб лицезреть тоску воочью.

Но я не вижу в темноте
И среди звезд теряюсь часто,
Когда в небесной красоте
Себя я вижу в низшей касте.

Себя мы знаем лучше всех,
Самонасмешка уж не жало,
Но как жесток он все же, смех
Над отошедшим идеалом!…

Не дождавшись сновидений
от хозяйки тишины,
Сыплю горсти извинений:
В чем же соль моей вины?

Я трудилась всю неделю
От зари до темноты,
Неужели я не смею
Отдохнуть от суеты?

Брови хмурит королева:
«Я сержусь, как никогда!
Среди всех тебе я первой
Сказки прочила всегда!

Тебе снились в ярких красках
Кущи радостной мечты,
Где цветут как по указке
Неизвестные цветы.

Мы с тобою пели песни
На скамейке облаков,
Ты сказала: «Как чудесно
Оторваться от оков!»

Под ногами гномы в танце
Выводили хоровод.
Ты же утренним упрямцем
Все спешила до ворот.

Я кричала, догоняя:
«Напиши мне письмецо!»,
Слезы чистые роняя
На влюбленное лицо.

Ты же, только как шагнула
В мир заботы и тревог,
Сон, как бабочку, спугнула, —
И растаял уголек…

Ты не вспомнила ни реки,
Ни прогулки в облаках,
Будто и не спали веки
Покрывалом на глазах.

А о чем же ты писала,
У Орла отняв перо?
Как тоска тебя достала?
Как не выпало зеро?

Как над городом кругами
Ходят тучи круглый год,
И холодными стихами
Изъясняется народ?

Ты сама-то где забыла
Память света и чудес,
Будто сказку разлюбила,
Убегая в темный лес?

И не жди поблажек боле!
Сны верну, но только те,
Где из сумрака на волю
Страх крадется в темноте.»

Жутко! Зябко! Что же делать?
Уж смыкаются глаза, —
И стихи не переделать…
И над городом гроза…

Может быть еще есть время
Вырвать в памяти кусок
И взрастить в сознанье семя,
Чтобы вырос колосок?

Может быть и сны вернутся,
В мир свой светлый уводя,
И в стихи опять вольются
Струи звездного дождя?

Куда убежало время
Тропинкой заросших дней?
Ложится на темя бремя
Холодных больных камней.

Они не скрывают тайны
Под тяжестью долгих лет,
Что грани их не случайны…
Что где-то кого-то нет…

Сухая трава колючек
Колени пригладит в кровь,
И ветер — степной попутчик —
Дорогу укажет вновь.

Я знаю: не скажет камень
Того, что так ждет душа,
Сгорая, как яркий пламень,
К ограде твоей спеша.

Лишь только улыбка светит
И греет тупую боль,
И я возвращаюсь в лето,
Как будто бы вновь с тобой…