— Я не лидер.
— Но ты сильный, ты умеешь противостоять тем, кто сильнее тебя. И ты против того порядка, что сейчас существует.
— Это не означает, что я что-то хочу менять.
— Но ты же против!…
— Да, против, но для себя. Я не подчиняюсь, но и за собой не веду.
— Но ты бы мог нам помочь: в тебе есть сила, возможность вести нас и вывести!
— Мне это не нужно.
— Это эгоистично.
— Не терпящий власти не эгоист, а изгой.
— Изгой — это тот, кого изгоняют. На тебя же пока никто не покушался.
— Пока… Но я не просто изгой: я — добровольный изгой. Я сам себя исключаю из общества. Рано или поздно и общество меня исключит, — будет взаимное исключение.
— Но если, все таки, общество не отвергнет тебя?
— Власть видит во мне силу. Сначала реагирует на нее как на прямую угрозу самой себе. Когда понимает, что на трон я не стремлюсь, — успокаивается и оставляет меня в покое. Но это не надолго.
Людям свойственно заражаться чужими идеями, свойственно быть ведомыми. Поэтому они нутром чувствуют силу в других. Вы видите во мне лидера, потому что вас не устраивает существующий порядок. Вам кажется, что, если сменится власть, — наступит улучшение. Но вы не задумываетесь над тем, что недовольство не исчезнет, просто поменяет свои ориентиры. Кто бы ни стоял у власти, — вы все равно будете недовольны.. Бессмысленно вас вести ради вас самих же. Вас ведут только те, кто любит власть, кому необходимо руководить, командовать и наслаждаться всеобщим вниманием.
Мне этого не нужно.
— Но ты бы мог сократить это недовольство до минимума.
— Подчиняясь вам.
— Это было бы обоюдным подчинением.
— Вас слишком много для того, чтобы угодить каждому. А угождать я не люблю.
— Ты живешь только для себя…
— Нет, у меня есть близкие, но их очень мало.
— А почему же ты противостоишь системе в-одиночку?
— Мои близкие не должны нести ответственность за мои личные взгляды и устремления.
— Тебе не страшно идти одному?
— Нет! Иногда даже весело, особенно когда со стороны смотрю на всю вашу борьбу за власть и против власти.
— Думаешь, это бессмысленно?
— Это оправдано только вашим стремлением сделать так, чтобы все было хорошо.
— Когда ты критикуешь нашу ситуацию, нам видится, что ты как раз и сделаешь все так, как нам хочется. Значит мы ошибались?
— Мне бы надо было поговорить с вашими лидерами, но лидеры меня не любят и слушать просто не смогут.
— Но ведь ты сам сказал, что ты для них не опасен.
— Не опасен в том плане, что не претендую на их место. Но те идеи и тот путь, которым я следую, очень заразителен для других. Лидеры в этом видят угрозу, уже не себе лично, а самому явлению власти. Представьте, что будет, если значительная часть населения дистанцируется от системы?
— А может это и есть выход? Тогда ты все равно должен принять участие в нашей жизни.
Как учитель.
— О! А вот этого точно не надо! Какой я учитель? Учитель — это тот, кто знает, куда вести. Я же иду в-одиночку, сам ищу, сам натыкаюсь, сам ошибаюсь. И я вовсе не уверен, что поступаю правильно!!!
Я просто иду…
И никого не призываю идти за мной.
— Но если за тобой все-таки пойдут?
— Тогда пусть сами несут за себя ответственность. Каждый сам должен отвечать за свои поступки, за свои взгляды, слова, тексты, творения, выбранный путь и ошибки, допущенные при выборе.
— Это уже похоже на учение…
— Это очень сложный путь, поэтому десять раз подумайте, прежде чем удаляться.
А я ухожу. Мне пора
Если замешкаюсь, ваши лидеры не упустят возможности подрезать мои возможности…